11 октября: Проект официально открыт! По всем вопросам обращайтесь в Гостевую книгу.

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru

Amaelia Spellman

Franklin Adams

Чикаго, штат Иллинойс, весна 1953-го года. Пост-военный бум захватил Америку любовью к бриолину, ярким глянцевым шевроле и охоте на коммунистов. Город Ветров, финансовая столица и просто архитектурный памятник, разрывается на части: за лакомый кусочек борются итальянская мафия в лице легендарного Чикагского синдиката, некогда вырезанные ирландские банды, иммигранты из Восточной Европы и активно образующиеся коммуны афроамериканцев, активно заселяющих Чикаго. Знакомая история, не так ли?
В укромных уголках Даунтауна, у берегов Мичиганского озера, в небоскрёбах затаились те, кто по-настоящему сражается за власть, в извечной, кровавой и жестокой битве. Они незаметны и сокрыты Тьмою, коя их и создала. Они — вампиры Камарильи и Шабаша, отлучившиеся от Сородичей анархи и непонятные, зловещие независимые кланы. И, поверьте, проигрывать друг другу им не захочется.
СЮЖЕТ FAQ ПРАВИЛА
ГОСТЕВАЯ ШАБЛОН АНКЕТЫ
СПИСКИ ЗАНЯТЫХ АКЦИИ
ВАМПИРСКАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

Форум основан на настольной игре «Vampire: The Masquerade»; персонажи и сюжет — авторские.

Vampire: Chicago Waltz

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Vampire: Chicago Waltz » Citizens of Chicago » Амелия Спеллман Рокфеллер, вампир


Амелия Спеллман Рокфеллер, вампир

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://i.imgur.com/mjojDJK.jpg
Lauren Bacall

Имя: вдовствующая миссис Аме́лия Корне́лия Спе́ллман Рокфе́ллер (урождённая МакКóрмик Озе́р); некоторые родственники, в силу акцента, упорствуют на Ама́лии. Просит имя не сокращать.
В Чикаго работает под псевдонимом Саманты Спейд.
Возраст: родилась 29 октября 1924 года, по бренному асфальту ступает двадцать девятую весну; была обращена в 1949 году в двадцать пять лет, принадлежит к Восьмому Поколению.
Фракция: Вентру, лояльна и предана Камарилье. Пьёт кровь только чернокожих или латиноамериканских женщин от шестнадцати до сорока лет.
Место рождения: первые детские года провела в Лэйквуде, Нью-Джерси, практически всю сознательную жизнь прожила в городе Нью-Йорк.
Род деятельности: частный сыщик детективного агентства «Спейд и Марлоу», квестор чикагской Коллегии Камарильи, вольный фотограф.


I. Хроники жизни:
«Рокфеллеры - главные преступники века, и честные люди работать на них не должны.»
- Лев Толстой

Амелия Корнелия МакКормик Озер родилась в один из лучших периодов американских времён, ревущие двадцатые, в семье Матильды МакКормик и Вильгельма Макса Озера. Матильда исполняла обязанности главного бухгалтера в семейной компании «International Harvester Co.», производителя сельскохозяйственного оборудования и грузовых машин, где пост президента занимал её же отец, много времени уделяла благотворительности и филантропии, состояла в WCTU, «Женском Христианском Союзе Трезвости», крупнейшей женской организации с конца XIX века, и по праву считалась её почётным членом. Вильгельм Макс Озер, в свою очередь, в успешности жене не уступал -  содержал «постоялый двор для богатых» в Цюрихе, Швейцарии, то есть разводил лошадей и сдавал под аренду, точно так же, как вагоны и комнаты в пристройках; а заодно водил знакомство с влиятельными женевскими банкирами. В чём ему точно жену переплюнуть не удалось, так это в происхождении - Матильда МакКормик носила почётный статус внучки Джона Д. Рокфеллера-младшего, вознёсшего клан Рокфеллеров над недостижимыми барашками облаков. 
Родилась Амелия, правда, в не совсем презентабельной больнице, а в одной из рокфеллеровских резиденций, Гольф-хаусе, в укромном уголке штата садов.

Очень скоро семейство в составе старшего брата Фрэнка, самой Амелии и родителей переехало на родину, в Нью-Йорк - Матильда уволилась из отцовской компании и занялась сопоставлением счетов многочисленных дочерних компаний, Вильгельм переключился на недвижимость и ценные бумаги, всячески стараясь тем или иным образом укрепить свои позиции в клане нефтяных магнатов.
29 октября 1929 года, в разгар праздника в честь пятого дня рождения Амелии - или Амалии, как предпочитали называть её неисчислимые тётушки - случился обвал акций на Уолл-стрит. МакКормик Озеры в один час оказались бедняками и нищими. Началась Великая Депрессия.   

К несчастью - или радости - те самые ревущие двадцатые остались в памяти Амелии конфетными вспышками, неуловимым флёром ощущения стремительного, бурлящего веселья и жажды не думать о завтрашнем дне, жить сейчас и отхватывать кусок побольше; в гардеробной валялись и некоторые богато вышитые стеклярусом с жемчугами платки и сумочки матери, отправленные в конце 1930-х на аукцион. Её детство строилось на новостях о крушениях банках тридцать первого года, когда закрылись более чем три тысячи пристанищ для зелёненьких бумажек - Кентукки, Индиана, Иллинойс, Миссури, Арканзас, Северная Каролина - названия мелькали крупными, оттиснутыми на рельефной бумаге газет сплошными заголовками. Вильгельма Озера трясло, Матильду МакКормик Озер заваривала чай из кипятка. В том же году, младшая сестричка Амелии, Мюриэль, умерла в трёхлетнем возрасте от белой чумы, туберкулёза. Матильда оказалась безутешна и огородилась ото всей семьи; Фрэнк, остро ощущая на себя ответственность за родителей и сестру, не спал ночами, растрачивая сон, выходные и каникулы на общение с прадедушкой Джоном Ди и всячески вовлекаясь в семейный бизнес.

Несмотря на неудачное разорение Озеров, сам клан Рокфеллеров на финансовых неудачах богатеев страны возможностей разбогател и продолжал преспокойно заниматься бизнесом. Захаживая в гости к прадедушке, Амелию встречали позолоченные номера опустевшего отеля «Ритц», богато сервированные ужины и глаза, полные ненависти - официантов - и жалости - кузенов. Джон Ди души не чаял в правнучке и поступался своими принципами, чрезмерно балуя девочку, подсовывая подарками фарфоровых кукол и броши шёлковых цветов. «Чрезмерно» у Рокфеллеров означало свёртки на Рождество и благосклонную помощь - МакКормик Озеры всегда чётко ощущали эту грань, между ними и успешными членами семейства. Амелия и Фрэнк понимали, что если детишкам тёти Эдит капризно требовать у дворецкого кока-колу можно, им - нельзя, и выбирать уздечку для коня на воскресных пикниках они должны последними.

Все двенадцать классов Амелия проучилась в христианской (протестантской) школе в центре Манхэттена «Grace Church School» и считалась примерной ученицей. Амелия вообще считалась примерной и послушной, но не хватала звёзд с неба и совершенно ни в чём не выделялась - если Фрэнка справедливо считали маленьким гением, то она на посредственнейшем уровне разбиралась во всех полагающихся приличной девушке из нью-йоркского высшего общества вещах - искусстве, истории, музыке, финансах - но не более того. Экономика и цифры давались ей тяжко, написание вдохновляющих памфлетов заканчивалось строго оформленными сочинениями, вгоняющими в сон, от игры на фортепиано душа преподавателей не трогалась, масло на холстах собиралось в академически верные пятна, требующие доработки, а рейтинг в конном спорте не поднимался выше планки где-то посерёдке списка.
Если Матильда дочерью давно не интересовалась, упорствуя на лекциях о приличии и необходимости в обществе себя держать, то Вильгельм Озер в Амелии был страшно разочарован и пытался меньше времени с нею проводить. Девочки в школе уважительно относились к бедняжке, но Амелия никоим образом не могла поддержать разговоры о летних путешествиях в Ниццу: подружек в школу привозили личные шофёры на блестящих машинах в туфлях от «Chanel», Амелия добиралась до школы на потёртом велосипеде в обносках. 

Когда Амелии было семнадцать, Фрэнк Уилльям МакКормик Озер, в возрасте двадцати пяти лет, повесился на люстре в бальной зале резиденции на Парк Авеню, 740. Самоубийство Фрэнка стало шоком не только для родителей и сестры, но и для всех Рокфеллеров: активный и находчивый, предприимчивый, талантливый, яркий и убедительный, Фрэнку не только пророчили великое будущее - он уже выполнял роль личного секретаря Джона Ди и стремительно взбирался по карьерной лестнице.
Амелия пережила два нервных срыва и отправилась на год, как уверяли родители, путешествовать по югу страны; на деле же, лечащий врач Рокфеллеров прописал ей покой, океанский воздух, частную клинику в Провиденсе, Род-Айленд, и шоковую терапию.
В 1942 году Амелия вернулась в Нью-Йорк, окончила последний класс старшей школы, получила диплом и вновь уехала - слишком уж полюбился ей умиротворённый Провиденс. Амелию принял Брауновский университет на факультет философии вкупе с чеком за обучение, подписанным Джоном Д. Рокфеллером-младшим.

Шла война, но для Амелии - и для привилегированных студентов - новости о сражениях, Перл-Харборе и нацистах в Аргентине были чем-то сродни сказкам о далёких странах. Они, молодые и неопытные, были заперты в пыльных библиотеках, среди затхлых чернил, и война оказывала на них одно лишь косвенное давление. Сами Рокфеллеры богатели дальше: поставки топлива на фронт несказанно приумножили их влияние и денежную обеспеченность.
В 1945 году, на третьем курсе, Амелия познакомилась с вернувшимся из Франции профессором античной истории, полковником Маркусом Спеллманом. Они не только быстро подружились, но и обручились: Маркус был старше на двадцать лет и гомосексуалистом. Амелия искала не мужа, а друга, глубоко привязалась к Маркусу и нисколько не противилась вполне скромной свадебной церемонии, а по настоянию прадедушки официально взяла и исконно клановую фамилию. Родители были категорически против союза с бедным академиком и попытались свадьбу сорвать; безуспешно.

Летом 1946-го года Амелия и Маркус отправились в автомобильную увеселительную поездку к горному хребту Таконик, Массачусетс, и попали в аварию. Маркус скончался до приезда врачей и полицейских, Амелия провела на больничной койке около трёх месяцев. Прадедушка и родители вполне логично ожидали, что теперь Амелия образумится и вернётся в Нью-Йорк, дабы погрузиться в бизнес. Амелия в Нью-Йорк действительно вернулась, но ненадолго: собрав некоторые вещи, в том числе и заглянув в комнату к Фрэнку, она уехала в неизвестном направлении, предварительно оставив письмо. Скачущие буквы пишущей машинки в крайне вежливой и элегантной форме сообщали, что спрятанные Фрэнком документы обнаружились в тайнике брата, и теперь пикантные сведения о Рокфеллерах готовы отправиться в почтовые ящики прессы и правоохранительные органы; впрочем, бедная вдова переживает страшное горе, и будет неплохо, если родители предоставят ей удивительную возможность выбирать жизненный путь самостоятельно, подкрепляя решение финансово.

Вместе со школьной подругой Эрикой де Хондекутер Амелия ненадолго обосновалась в Чикаго, штате Иллинойс, и, стабильно получая выплаты, занималась изучением фотоплёнки, фотополимерной печати и техническим оборудованием индустрии кинематографа. Пока через полгода, в 1947 году, на Амелию вышли агенты-головорезы Пинкертона по заказу отца - сдала её Эрика де Хондекутер. Пинкертоны посадили в чёрный «форд» не только Амелию, но и Эрику, и повезли к заброшенному складскому помещению на юге города, выпытывать информацию; пока Эрика рыдала в голос, Амелия вела непринуждённую беседу с водителем и детективами о политическом курсе полковника Дуэйта Эйзенхауэра.

Со складского помещения она вышла через четыре ночи - без Эрики и больше не человеком.

***
«Разве это не обычное воровство? Не так ли, господин президент?»
– Сенатор Томас Гор Франклину Д. Рузвельту о Рокфеллерах

В каждой истории есть две стороны - есть она и в этой.

Рокфеллеры, ставшие богатейшей, влиятельнейшей семьёй Америки, магнатами и воротилами Нового Света, никогда бы не смогли не только возвыситься до олигополии, но и сохранить власть после антимонополистического закона, если бы ими вплотную не занимался клан Вентру. Тем не менее, за любую помощь необходимо платить - помимо того, что Рокфеллеры ежемесячно отчитывались покровителям и согласовывали курс политики, а также совместно принимали важные решения, одним из Вентру должен был стать амбициозный, подающий надежды Рокфеллер, который бы смог оказывать влияние на своих нерадивых родственников, начавших увиливать и самостоятельничать. Таковой выбор пал на Фрэнка МакКормика Озера, не только проявившего себя как талантливого финансиста, но и успевшего собрать обширный компромат на прадедушку и его пособников - узнав о принятом решении отдать Фрэнка монстрам из сказок, до встречи с Сиром Фрэнк повесился.

Решение обратить одного из Рокфеллеров перешло в стадию заморозки - не находилось достойного и достаточно незаметного. Обширные связи Рокфеллеров с Ватиканом и влияние на Папу Римского, поддержка Эйзенхауэра, готовящегося стать следующим президентом Соединённых Штатов, могущественные противники Ротшильдов и Барухов - Вентру попросту не могли не обращать внимания на такую новую аристократию. Немногие были опечалены неудачей с Фрэнком - эмоциональный, влюбчивый и с психическим расстройством, он был идеальным дельцом, но не идеальным кандидатом. Что касается Амелии, её выдержка, блёклость и очарование, которым она так неумело и по-детски пользовалась, вышли на передний план.

В 1949 году Сир, заявивший свои права на рокфеллеровскую девчонку, прибыл в Чикаго - бонусом оказалась Эрика де Хондекутер, голландский цветок и ароматный букет крови. Заполучив как нового гуля, так и птенца, Сир поведал Амелии ровно столько, сколько посчитал нужным, и оставил на временное попечение ещё одному своему птенцу, барону Лайонелу Ротшильду. Отныне Амелия, совместно с Лайонелом, должна была заниматься сокрытельством буянства и неосторожности Сородичей - дела, связанные так или иначе с вампирским сообществом, перенаправлялись в детективное агентство «Спейд и Марлоу», а сама Амелия, пребывая в растерянности, пыталась разобраться. Мир окрасился кровью и ночью, и вводить её во все тонкости никто не торопился.

Но что важнее - Амелии не только поручили важную миссию, сохранять завесу между миром вампиров и миром людей, но и поставили перед неутешительным фактом: криминальные элементы, боссы мафии, коррумпированные полицейские, давно зарекомендовавшие себя и свои сферы деятельности сыщики, важные шишки города - со всеми всенепременно было нужно подружиться, со всеми предстояло найти общий язык. А обосноваться там, где тебя никто не знает, можно было при одном условии: используя шарм фамилии Рокфеллеров и их ресурсы.

В январе 1950-го года Вильгельм Озер и Джон Д. Рокфеллер-младший получили письма с сургучной печатью. Оба оказались в западне - оба с радостью согласились принять вдову Спеллман в ряды семейства и найти компромисс.


II. Личность:
«Все мы живем в горящем доме. Пожарным позвонить нельзя, выхода нет. Нам остается лишь наблюдать из окна, со второго этажа, как горит наш дом. А мы в ловушке, заперты внутри.»
- Теннесси Уильямс

Вся Амелия состоит из одних сплошных ограничений, уточнений, приписок и запретов. Она не смеётся громко и не мечется по улице в спешке, постоянно собрана и сконцентрирована, внимательна к деталям и безразлична к общей картине. Ни одно событие и ни одна грубость не выведут её на повышенные тона или вспышку ярости - она останется предельно вежливой и понятной в своём ответе. Каждое её действие последовательно, логически обосновано и продуманно, выверено.

Оторванная от жизни, несмотря на положение бедной родственницы Рокфеллеров, Амелия никогда не сталкивалась с настоящими нищетой, отчаянием и безысходностью; всегда был клан, протягивающий не стыдливое подаяние, а крутящий деньги в фамильных кругах. За стеклянными витринами шкафов кузин и тёть на бархатных подушечках красовались рубиновые колье «от Тиффани», но Амелия не спешила протягивать к ним руку - у Рокфеллеров чётко разграничивались понятия между роскошью и имуществом. Колье уходили на аукцион или благотворительность, и Амелию к тому приучали не меньше - помощь малоимущим и ближним. В этом крылись не одни благородные цели; за жесты широкой руки правительство не только закрывало глаза на финансовые махинации, но и по закону освобождало предпринимателей от большого количества налогов.

Цинизм и скептичность ей привили не в сухом, чёрством понимании - жизнь не делится на чёрное и белое и состоит из туманных нюансов. Выгода - не всегда есть победа, прибегание к хитростям и уловкам - вынужденная мера необходимости. Планирование, организованность, дальновидность и множественное количество планов, вот принципы.
Воспитанная в протестантской строгости, Амелия не поощряет праздности, увиливания от тяжких трудовых будней и предавания развлечениям.

Ровная, без острых углов, рельефов и изюминок, в Амелии нет ничего необыкновенного, выдающегося, поражающего и пленящего, а ореол таинственности держится недолго. Она не стремится пускать пыль в глаза, но не раскрывает карты, умалчивая правду о себе - и не спешит делать выводы о людях чуждых. Выводы она проверяет.

Вышеперечисленные качества делают Амелию добротным произведением Рокфеллеров и членом клана Вентру, который может стать хорошим последователем Камарильи, однако большего ей не дано - как смотрят покупатели на фарфоровых кукол, которых когда-то давно дарил Амелии прадедушка Джон Ди, так и на Амелию смотрят окружающие. Полезная, послушная кукла, забавная и красивая игрушка, хрупкая и ломкая, но готовая принести недолговечное удовлетворение; её действия можно или одобрить, или дать совет, но не восхититься ими.
Впрочем, чем Амелия действительно удивляет - это своим Зверем. Ещё ни разу с момента превращения она не была замечена ни в кровожадности, ни в потере контроля над своей хищнической натурой; складывается впечатление, что её Зверь находится в летаргическом сне.

В Амелии не видят опасности - что хуже, в ней не видят и коварства. Один лишь Лайонел с опаской относится к напарнице; что касается их Сира, он многозначительно молчит, и одно это уже настораживает Лайонела вдвое, а Сородичей заставляет задуматься, на пару секунд.

Куклы сделаны для того, чтобы ими любоваться и ими обладать; а когда у куклы уже появляются хозяева, остаётся лишь доброжелательно куклу по локонам трепать.


III. Дополнительная информация:
«А что там, наверху? Должно быть, ощущение, что все ступеньки уже позади.»
- «Комната Джейкоба», Вирджиния Вульф

Амелия представляет собою среднестатистическую девушку сливок нью-йоркского общества: она в меру образована, в меру начитана, в меру остра на язык, в меру осведомлена в мире искусства. Нет ни одной творческой области или науки, где она бы выделилась или зарекомендовала себя специалистом. Её игра на фортепиано бездушна и не меняется в громкости звучания, пение бархатным баритоном плавно и малоэмоционально; танцует она складно, но не летает по паркету. Ездит верхом, в теории понимает, как следует ухаживать за лошадьми, играет в теннис, крикет, бридж и настольные игры, пользуется по этикету всеми столовыми проборами и не путает их. Не пропускает театральные сезоны. Знает английский, французский и немецкий языки, на латыни разговаривает крылатыми выражениями. Обладательница диплома Брауновского университета по специальности «философия».

Есть две вещи, которыми Амелия живо интересуется и в неживом состоянии: шахматы и фотография. Вниманием родственники обошли три её победы на шахматных турнирах среди девушек-юниоров, а падкость на чудо техники, фотоаппараты, и вовсе считали пошлой. Тем не менее, Амелия продолжает проявлять снимки и приходит в восторг от фото- и киноискусства.

В Чикаго Амелия состоит в нескольких благотворительных организациях (например, в комитете по помощи беженцам) и известна как анонимный, но щедрый филантроп.

Падка на любовные романы - перечитывает произведения сестёр Остен и все современные новеллы. Поклонница творчества Агаты Кристи и детективов в целом; псевдоним Саманты Спейд взяла в честь литературного героя Дэшила Хэммета Сэма Спейда.

Курит сигары, трубки и папиросы. Курит очень и очень много - витэ на сигареты не тратит, а совершает подобный ритуал, во-первых, по укоренившейся привычке, во-вторых, для образа - ну какой детектив не злоупотребляет табаком?
К слову, в самом агентстве её часто принимают не за партнёра Марлоу, а за секретаршу.

Глубоко привязана к Сиру, питает самые нежные чувства и где-то очень глубоко боится каждого его решения и каждой просьбы. По факту, Амелия была уже представлена Сородичам, но продолжает обучение, и финальный экзамен должен состояться нескоро. Несмотря на юный возраст, строго и успешно следует этикету Вентру и никогда не проявит неуважения.
Изучает Доминирование, но не злоупотребляет - результат внушения часто выходит своеобразным (приказ и очарование - на приличном уровне, забвение и промывка мозгов - могут привести к непредсказуемым последствиям, остальному не обучалась), однако Амелии всё ещё не хватает изящности.

Пьёт кровь только чернокожих или латиноамериканских женщин от шестнадцати до сорока лет - первой её жертвой стала метиска.


IV. Планы на игру:
Юный вампир, совсем ещё птенец, так многого не знающий о Сородичах и так многого не понимающий, поставлен на весьма ответственный пост - скрывать преступления членов сект и отчитываться Сиру. Амелия - ломкая недооценённая игрушка, уже начавшая запутываться в теневых клубках интриг, брошенная в самый эпицентр событий, и дел она наворотить успеет. Расхлёбывать кашу тоже ей придётся. Обилие детективных расследований, неловких ситуаций, создание проблем на пустом асфальте, ссоры с боссами сицилийской мафии и знакомство с удивительной, кровавой подоплёкой мира какую угодно приличную девушку выбьет из рамок этикета, а при всём при этом Амелия остаётся частью планов Сира. Значит, схватка за место чикагского князя ну совсем не обойдёт её стороной.


V. Средства связи:
ЛС, скайп - vailcrown, телеграмм - @pistachioinmetal.

+1

2

ПОЗДРАВЛЯЕМ С ОБРАЩЕНИЕМ! ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В КЛАН!
https://i.imgur.com/ebpbDCh.jpg
Не забудьте оформить профиль и ниже оставить сообщения для Хронологии и Отношений.
Найти партнёров для приключений можно в этой и этой темах.
Берегитесь солнца!

0

3

ХРОНОЛОГИЯ

0

4

ОТНОШЕНИЯ

Детектив Марлоу - как и всякий допропорядочный Рокфеллер, Амелия барона Ротшильда любит не очень. В этом огромном городе ей просто больше некому доверять и не на кого положиться; и, тем не менее, она искренне полагает, что барон не только недооценивает её, но и во взглядах на женские профессии укоренился поглубже сердечно родных республиканцев.

Сир - ночной кошмар и высшая блажь, вездесущий и вечно отсутствующий - Амелия иррационально и преклоняется перед ним, и боится до смерти. Но не показывает, потому что знает - Сир ошибок прощать не станет.

Франклин Адамс - если речи Барона Юга схожи с его манерами, то Амелия готова вставлять беруши и того не слушать и на официальном приёме. Что может быть хуже латентного коммуниста?

0


Вы здесь » Vampire: Chicago Waltz » Citizens of Chicago » Амелия Спеллман Рокфеллер, вампир


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC